Что происходит с миром? - Артём Плетенчук

государственные услуги приходят вовремя, платежи проходят гладко. Внешне всё стало лучше, чем в годы турбулентности. Просто вместе с этим незаметно устаканились и «временные» ограничения. То, что раньше подавалось как исключительная мера, теперь записано в постоянных регламентах. Правило «сначала блокировка, потом разбирательство» становится не экстренным инструментом, а нормой среды. Список «рисковых профилей» перестаёт быть временной мерой и превращается в постоянный слой реальности. Никто уже не ждёт отката к прежним правилам — люди привыкают к новым. В этом новом спокойствии всё чётче проявляется разделение на этажи. Официальный контур становится быстрым и узким. Он идеально обслуживает тех, кто полностью вписался в его логику. Тот, у кого «чистая» история, правильный профиль, стабильный доход и минимум отклонений, движется по этому коридору как по траволатору: услуги приходят вовремя, кредиты одобряют автоматически, проверки проходят «без участия клиента». Коридор — примерно с 2030—2031-го и дальше до середины 30-х. Это уже момент, когда созданы чёткие коридоры доступа в городах.

Те, кто не прижился постепенно сползают в параллельные слои. Кто когда-то поскользнулся, не сумел выполнить новые требования, оказался «не тем» в нужный момент: живёт в мире задержек, дополнительных согласований и постоянного риска «технических причин». Формально доступ есть, но в жизни это ощущается как бесконечная серия маленьких унижений: «подтвердите ещё раз», «подождите ещё неделю», «обратитесь по другому каналу». Именно люди из этих слоёв порождают альтернативный контур.

Его ещё можно назвать неофициальным контуром. Там, где официальный коридор слишком узок, возникает альтернативная жизнь: наличные, личные договорённости, взаимозачёты, локальные кассы взаимопомощи, ремесленные мастерские, «свои» врачи и мастера, которые работают «по звонку», а не по приложению. Этот мир медленнее, рискованнее, требовательнее к личной ответственности. Зато в нём чуть больше воздуха, когда официальный лифт закрывается. На стыке этих двух реальностей появляются «пограничники», которые обеспечивают взаимодействие официального «городского» контура и неофициального «деревенского».

Разделение «город — деревня» здесь не только про географию, а про способ жить. Крупные агломерации всё плотнее вшиваются в официальный контур: биометрия, сквозные профили, безнал как норма, сервисы «по подписке». Это даёт комфорт и скорость, но делает людей уязвимыми к любому сбою в верхнем слое. Деревня — реальная или городская по духу — живёт ближе к неофициальному контур: больше наличных, бартер, «свои» люди, больше автономии и ручного труда. Там больше трения, задержек и риска нарваться на непрофессионализм, зато меньше полной зависимости от одной-единственной платформы. Между этими полюсами и будут ходить те, кто умеет переводить одно в другое: поднимать деревенский продукт в городские коридоры и, наоборот, обеспечивать горожанам доступ к более тёплой, но шероховатой «деревенской» инфраструктуре.

Важно понимать: эти фазы не идут гуськом по планете. Где-то первая давно переросла во вторую, где-то нулевая будет тянуться ещё годы. В одном и том же городе возможна своя карта: по цифровым деньгам — вторая фаза, по медицине — первая, по инфраструктуре — всё ещё нулевая. В этом и кроется головоломка для человека: он живёт в одной точке пространства, но в нескольких фазах сразу. И от того, замечает он это или нет, зависит, насколько больно будет происходить каждый следующий сдвиг.

Как это ощущается изнутри

Если отбросить большие слова, фазовый переход для обычного человека выглядит довольно приземлённо. Не как «единая смена реальности», а как жизнь, которая странно усыхает и одновременно усложняется.

Для на уровне домашнего хозяйства это прежде всего про горизонт времени. Раньше можно было планировать хотя бы на пару лет вперёд: отпуск, крупные покупки, кредиты, ремонты. Сейчас всё чаще решения принимаются в режиме «посмотрим по итогам месяца» или «до конца года дотянуть бы». Как будто каждый раз накладывается новый налог, то там взлетает стоимость коммуналки, то «вдруг» дорожают услуги, которые ещё вчера были рутиной. Небольшой запас денег перестаёт быть подстраховкой и превращается в расходный материал: залатать очередную дыру. Чувство, что ты хозяин своего плана, уступает место ощущению постоянного реагирования на чужие ходы.

Для малого и среднего бизнеса переход ощущается как постоянная игра с меняющимися правилами. Ты выстроил отношения с поставщиками, завёл клиентов, наладил цепочки — и вдруг одна из ключевых точек выхода получает новый регламент. Появляется «обязательная цифровая платформа», без которой нельзя выставлять счета. Банк вводит дополнительный KYC и замораживает деньги «до подтверждения». Маркетплейс переписывает пользовательское соглашение и оставляет за собой право «приостановить работу» магазина в любой момент «по совокупности факторов».

Там, где раньше спасали скорость, компетентность и репутация, всё чаще решает запас ликвидности и умение пройти по всем галочкам. Ощущение, что «я управляю своим делом», постепенно уступает место пониманию: «я завишу от набора ворот, к которым не имею доступа».

Для наёмного специалиста переход — это странное сжатие субъективной ценности. Можно быть хорошим профессионалом, но всё чаще оказываться заложником реорганизаций, новых «стратегий», смены приоритетов. В резюме пишут «ищем сильных людей», а на деле отбирают тех, кто лучше всего проходит через внутренние фильтры компании. Имеет значение не только то, что человек как сотрудник умеет, но и как его можно «пробить» через службы безопасности, комплаенс, риск-отдел.

Порог увольнений становится ниже: один резкий пост в соцсети, одна ошибка в отчёте, один конфликт с клиентом — и вас проще вычеркнуть, чем разбираться. Постоянное внутреннее напряжение — это тоже часть фазового перехода, только на уровне психики.

У всех этих линий есть общая точка: люди начинают чувствовать себя не участниками игры, а объектами маршрутизации. Не теми, кто ходит по доске, а фигурками, которых гоняют. Это чувство само по себе опасно. Человек с ощущением «я ничего не решаю» легче соглашается на любые условия. Легче сползает в выученную беспомощность. Легче превращается в строчку статистики.

Какой бы неприятной ни выглядела вышеописанная картина, фазовый переход не обязан становиться личной катастрофой. Он действительно ломает тех, кто входит в него вслепую, держась за старые опоры и делая вид, что «как-нибудь рассосётся». Но те же самые годы могут пройти относительно ровно для тех, кто заранее признаёт факт перемены, пересобирает свой быт и работу под новые контуры и закладывает запас прочности там, где раньше жил «на авось».

Вопрос тут меньше про удачу и больше про настройку. Можно войти в переход как пассажир, которого катают по этажам, а можно — как человек, который заранее знает, что для него критично, где у него единственные точки отказа и какие шаги снизят урон от чужих решений. Следующий раздел будет практическим и предметным: о стратегии устойчивости, которая не обещает чудес, но позволяет пройти сложный отрезок без лишних потерь — а где-то и выйти из него сильнее, чем входил.

Стратегии устойчивости

Если вы согласны с выводом книги о том, что базовая сделка изменилась, следующий важный шаг — перестать играть по старым правилам. В мире, где система больше не обещает нормальность за послушание, единственный разумный способ жить — строить свою устойчивость так, будто на это никто, кроме вас, не работает. Не драматизируя, но и не надеясь на чудо. Устойчивость в фазовом переходе — это три вещи: буферы, автономия и портативные навыки. Всё остальное — производные.

Буфер — это то, что позволяет не развалиться в момент, когда мир делает резкий шаг в сторону. Слой уплотнителя, который защищает вас от прямого столкновения с последствиями. Под «миром» же можно понимать что угодно: государство, банк, логистику, рынок труда. Пока всё идёт ровно, буфер кажется излишеством. «Зачем держать деньги под рукой, когда можно вложить? Зачем иметь запас риса в гараже, когда всё продаётся в магазине? Зачем знать вторую профессию, когда и в первой хватает забот?» Ответ приходит именно в фазовый переход, когда один сбой вдруг делает привычную опору недоступной — временно или надолго.

Финансовый буфер — не модное слово из книжек по саморазвитию, а очень конкретная вещь. Это месяцы жизни, которые вы можете прожить без